Офисные будни

Как рождаются монстры

Вчера вечером у меня было пять встреч. Я провела целый день, перебегая из одной переговорной в другую. Темы обсуждений в голове перемешались, языки обсуждений тоже — к концу дня я уже плохо понимала, кто я, где я, над чем работаю, а главное — зачем.

С последней встречи пришлось сбежать, потому что нужно было ехать в сад за девицами. Сколько они там дальше заседали — неизвестно, наверное, до последнего дыхания. А, может, они все еще там — хаха.

Я вспоминала свою первую компанию. Я там работала в 1000 раз продуктивнее, чем в нынешней. Компания была гораздо меньше той, где я работаю сейчас. Никаких встреч не было, а если и были, то длились полчаса-час. Многие решения принимались быстро, по электронной почте, никто не заседал в течение полугода, чтобы выбрать имя для продукта. Сколько тогда мы разных маркетинговых кампаний повыпускали, сколько мероприятий организовали в очень короткие сроки, какую маркетинговую инфраструктуру создали буквально с нуля!

Многому, что я знаю, понимаю и умею делать в маркетинге, я научилась именно там, в маленькой компании.

Мне очень интересно, в какой момент маленькая продуктивная компания превращается в большого неповоротливого монстра, который не способен ни на что, кроме как в течение долгих месяцев обсуждать “концепцию”? В какой момент прагматизм улетучивается и появляются проекты длиною в три году и встречи длиною в целый день?

Этот момент почему-то во многих компаниях наступает. Сложно сохранять культуру стартапа в течение нескольких десятков лет. В маленькой компании, о которой я писала выше, этот момент тоже наступил.

В самом начале, когда только открывался офис в Париже, в целях экономии, я думаю, на работу нанимали одну молодежь. Нам всем было до тридцати. Мы только недавно закончили учебу, для многих это был первый опыт.

Работали много, до позднего вечера сидели в офисе. Потому что было очень интересно, потому что многое нужно было начинать с нуля, потому что это удивительное чувство — собственными руками создать что-то, что до тебя не существовало.

У нас даже кофемашины не было! Дополнительных традиционных французских выходных не было. Столовой не было. Сидели мы друг у друга на голове. Но было ужасно интересно.

Там мы с Камильчиком познакомились. Возможно, поэтому я сохранила такие приятные воспоминания об этой компании.

Но когда дела пошли в гору и доход начал расти, руководство приняло решение начать нанимать средний менеджмент. Все мы, молодые стажеры на эти позиции не годились. Опыта у нас было маловато, к тому же нас воспринимали всегда как стажеров, которым еще учиться и учиться — с таким восприятием, как бы хорошо мы ни делали свою работу, бороться было сложно.

И к нам пришли менеджеры и директоры из больших компаний. Доходило до смешного. Один директор управлял одним менеджером, который управлял одним младшим сотрудником, который в свою очередь управлял стажером.

Вместо того чтобы подниматься по карьерной лестнице, мы опускались все ниже и ниже.

Обстановка в компании тоже изменилась. Мы лишись прошлой свободы и широты возможностей, все чаще начали собираться на встречах и собраниях, все меньше смеяться — и в довершении ко всему у нас установили традиционную огромную кофемашину.

Стало скучно. И мы решили уйти. Камильчик — в одну большую компанию, я — в другую. Тогда мы еще не понимали, что культура больших компаний нам не подходит. В них оказалось еще ужаснее.

Мы часто об этой трасформации с Камильчиком разговаирваем. Сейчас мы пытается развить свою компанию и делаем все возможное, чтобы эта хрень, этот “булшит”, нас не коснулся, или хотя бы свести его к минимуму. Мы оба видели, как рождаются монстры — и хотим этого избежать.

Удастся ли нам — покажет время.

2 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.