Хроника Парижской Жизни

Ничего ни от кого не ждать

Камильчик, вернувшись вчера домой и бухнувшись сразу же на красный диван, по старой традиции принялся мне рассказывать, как прошел его день. Я сидела рядом и не могла сконцентрироваться на его рассказе. У меня в голове несся мой день, не менее суматошный и напряженный.

Сначала были бесконечные, бестолковые встречи. Люди, люди, люди. Разговоры, переговоры, даже крики и немного слезы. Потом столовая. Снова люди. Вареный шпинат и разговоры о работе.

А потом мы пили кофе на улице. Коллега жаловалась на то, что сегодня вторник, а не пятница и даже не четверг. Пыхтела и закатывала глаза, рвалась к морю и в далекие страны. “Представьте себе, — стонала она, — мы работаем только ради того, чтобы заплатить за несколько квадратных метров в Париже.”

“В которых по большому счету только и делаем, что спим”, — продолжила я.

На пару секунд все замолчали. В ужасе. Представляли, видимо, свои 50 квадратов и жизнь, которая там время от времени происходит.

Но пауза длилась не долго. Обед подошел к концу — и нам пришлось вернуться в офис, к зеленым коврам, спрятанным у туалета растениям, шипящим кофемашинам и душным переговорным.

А потом были встречи, встречи, встречи. Снова люди, крики, разговоры. Не успела оглянуться — наступило время сменить красивые туфли на удобные и нестись в ясли, сад, булочную, овощной, в котором, дай бог им здоровья, даже сметану и молоко продают.

Не пойму, с какого перепугу, согласилась готовить вместе с Александрой. Она обожает тусить на кухне, чистить морковку, мыть посуду, замешивать тесто… И все бы ничего, но потом весь пол засыпан мукой, залит молоком и покрыт очистками. А вчера к тому же к нам приходила тетенька, которая все-все убрала, везде навела порядок и помыла полы. По вторника мне не только готовить, по квартире страшно передвигаться — боюсь нарушить гармонию предметов в наших 50 квадратах.

Но делать  было ничего. Обещала — значит обещала. Поэтому приготовилась к худшему, достав морковку из холодильника. Она потом была, конечно, повсюду. А пол был залит не молоком, а водой — так старательно Александра эту морковку мыла.

Чистить ее, правда, у нее получилось очень хорошо. Их в садике этому учат. Они там и варенье варят, и пироги пекут. Удивительно!

В общем почистив морковку, картошку и поставив варить, я ребенка потеряла. Ей нравится только чистить, замешивать и взбивать. А когда дело доходит до жарки, варки или парки — весь интерес пропадает.

В этот раз случилось то же самое. Меня наконец-то оставили на кухне в одиночестве и я смогла приступить к наведению порядка, который в нашем доме — понятие, скорее, эфемерное, утопия, идеал, высшая цель… недостижимая. Но хоть совесть успокоила.

Ясное дело, ужин никто есть не стал. Девицы напились молока, наелись горячего багета, схватили книги и отправились спать.

Камильчик зачем-то что-то купил по дороге — и мои запеченные овощи ему были уже не нужны.

В тот момент, как он, поедая что-то тайское из соседней лавки, рассказывал мне о том, как прошел его день, я думала вот о чем. Хорошо и счастливо живется тем, кто ничего ни от кого не ожидает. Не ждет, что его похвалят или оценят, что на улыбку ответят приветствием, а на услугу — ответной услугой. Не ждет, что его или ее полюбят, пожалеют или окажут внимание. Или повысят в должности. Или съедят твой ужин. И что он понравится.

То есть если счастье и внутренний покой — зависимая от всех этих ожиданий величина, то его, этого покоя и счастья, очень мало будет в жизни. Или вообще не будет.

Поэтому я решила — бог с ним с этим ужином. Овощи, кстати, получились очень вкусными. Я ела вчера их одна на ужин, буду есть еще сегодня и, почти уверена, что и завтра. Ну, и что? Мне все равно хорошо. А когда немного хочется себя пожалеть, на помощь приходит белое вино. Оно всегда удивительным образом все ставит на свои места.

4 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.