Живем

От гадского до прекрасного

Вот бывают такие по-гадски начинающиеся дни. Как сегодня. Когда хочется на увольнение подавать, все бросить и уйти. И главное: с таким драматическим апломбом. Дверью там хлопнуть, уронить нечаянно кофемашину на кого-нибудь, послать всех подальше, за столовку, и даже еще дальше.

Не ходить ни на одну встречу. А если заставят и все-таки на одну заманят, сказать всем, что они ничего не понимают, что зря время тратят. Да ладно время! Всю свою драгоценную жизнь. По секундам, минутам и часам… На бессмысленный треп. 

А потом вдруг что-то случается. И тебе снова хорошо. Ты всех простила. Ни на кого кофемашину не уронила. И даже сама двух человек на встречу заманила.

Еще ты помнишь, что вдруг начала хохотать. Кто-то тебе что-то ужасно смешное рассказал. И тебе стало очень весело. И хорошо.

Разрешила себе выпить немного кофе, съесть немного шоколада, потрепаться на встречах о том о сем — и снова счастье и покой. Едешь с работы в трамвае, веселая и беззаботная, смотришь по сторонам и не понимаешь, почему народ такой хмурый вокруг.

Из трамвая выходишь в дождь. И продолжаешь радоваться. По инерции. Каплям, хмурому небу, разноцветным зонтам. Своего-то зонта у тебя нет. Ты же свой, как обычно, дома забыла. Дождь льет все сильнее и сильнее. Ты идешь. Бежать не можешь. Боишься упасть. Мокнешь, конечно же. Вода с волос уже стекает на нос. Макияж, чувствуешь, тоже начинает подтекать.

И вот прибегаешь вся никакая за девицами в школу-сад, а Викуська вдруг отказывается домой идти. Дуется в углу и не хочет из сада выходить. И ты стоишь вся мокрая, и тебе холодно, народ на тебе косится, потому что с тебя вода в три ручья стекает. Прекрасный покой и легкая беззаботность рассеиваются. Нет их больше. Внутри назревает скандал. Он хочет вырваться наружу. А ты больше не хочешь его сдерживать.

Кричишь, тащишь обеих, думаешь про себя — за что мне это. Еще думаешь о том, за что бы на Камильчика наорать. Чтобы разрядку получить. Приходишь домой, видишь незаправленную постель… И вот гневные сообщения уже несутся к нему с огромной скоростью, перегоняя друг друга. Все-все-все ему высказываешь. И за эту незаправленную постель, и за сотни других — за все время нашего знакомства.

… После ужина, когда постель уже заправлена, когда посуда вымыта, и девицы тоже, когда чаю тебе налили, когда мы сидим с девицами и играем в новую настольную игру, думаешь про себя, как же все-таки хорошо. 

С мыслью этой идешь на йогу. Там лежишь в позе лягушки, у тебя ужасно все болит, но тебе все равно хорошо. И еще ты думаешь про себя, а, может, и правда, счастье — это выбор. Может, нужно почаще расслабляться — не обязательно в позе лягушки — и смотреть на все  с высокой горы? Ну, и пусть дождь, пусть промокла, пусть постель забыли заправить, пусть девицы дуются… Пусть все это будет. Но пусть мне при этом будет все равно хорошо. Можно ведь так для себе решить?

One Comment

  • nespizza

    Какие во Франции замечательные детские садики. Сколько себя помню, дети томятся в таких учреждениях, всегда с нетерпением ждут маму и очень радуются возможности сбежать домой поскорее. А во Франции вот как, садик милее мамы и родного дома. Может быть, секрет во французских методиках или французских педагогах, очень необычно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.