Живем,  Книги живут дольше девушек,  Хроника Парижской Жизни

Как не потеряться в чужой стране

Когда нас накрыл ковид и мне наконец-то выписали больничный, я первым делом с радостью представила, что буду сидеть дома одна на красном диване и читать часами напролет. Книг непрочитанных скопилось множество. Перед летними каникулами, подгоняемая старой, древней, усвоенной давным-давно в другом мире привычкой, перед летним отпуском я начинаю скупать книги, составляя из них таким образом список на лето. Представляю, что вот закончится работа, буду пить кофе и читать, похрустывая багетом.

Ну, это мечты. На деле все выходит, конечно, гораздо прозаичнее. Во время ковида читать вообще не было никакой возможности. Бредешь в тумане по страницам, возвращаешься снова и снова к началу абзаца, чтобы вспомнить, о чем шла речь. Пытаешься запомнить имена героев, но они сбиваются все в одного персонажа, который водит тебя кругами, не давая возможности вырваться на свободу.

В какой-то момент я бросила и перешла на видео в интернете, содержания посредственного, но достаточно стимулирующего, чтобы держаться на плаву.

Но одну книгу я все-таки прочла.

Мне ее посоветовала американская подруга. Книгу она разбирала на очередном заседании книжного клуба. Я начала читать и с первых же страниц была очарована и автором, и миром, который она создала, и персонажами. И главное — тем, насколько созвучны с моими были ее некоторые соображения и наблюдения за жизнью за границей.

Автора из Нигерии зовут Чимаманда Нгози Адичи, книга называется «Американа», у нас ее перевели «Американха». В ней автор описывает жизнь нигерийской девушки Ифемелу, приехавшей в Америку на учебу и оставшейся жить за границей на несколько лет. Ифемелу заводит блог, в котором делится своими наблюдениями за жизнью за границей. Не буду описывать в деталях сюжет книги на случай, если вдруг кто-то захочет прочесть.

Так вот многие ее наблюдения схожи с моими.

Чимаманду описывает, как Ифемелу, например, первое время в Америке пыталась изменить собственный акцент, чтобы сойти за местную. И как в один прекрасный момент ей надоело быть не тем, кем она являлась на самом деле, представлять из себя другого человека, отказываться от того, что составляло основу ее личности. Ифемелу прекращает говорить с американским акцентом, переходя на свой родной, нигерийский.

Я помню первое время во Франции, мне очень было приятно слышать, что я говорю без акцента, что сложно разобрать, откуда я приехала. Хотя, мне кажется, у меня на лице все написано. Но это только наши соотечественники узнаю друг друга за границей, а для иностранцев не всегда очевидно, откуда человек. Помню, как мне хотелось первое время сойти за свою. Естественное чувство, наверное, желание интегрироваться, быть частью социальной группы, в которой ты оказываешься, желание быть принятой.

Желание это влияет на внешний вид, на поведение, на язык и на акцент. Меняешься, подстраиваешься, адаптируешься что ли. На этом этапе у некоторых приезжих развивается трепет перед иностранной культурой. У приехавших из стран менее развитых, как правило. Все во Франции прекрасно, хорошо, замечательно.

Я часто читаю в блогах или слышу сравнения приехавших из Восточной Европы не в пользу своей страны. В подобных сравнениях присутствует противный мне трепет. И противен он мне потому, что он был у меня когда-то и что он часто сопровождается собственным уничижением. «Здесь лучше, чем там у нас», — с трепетом транслируют некоторые. «Они лучше, чем они», — читаешь между строк.

Но это первый этап. Если критического мышления человек на лишен, очень скоро многие моменты начнут бросаться в глаза, удивлять и даже шокировать. С этим я тоже столкнулась. От трепета меня качнуло в совершенно противоположную сторону. Неприятие, критика окружающей действительности, поиск единомышленников, с которыми можно было бы обсудить, или скорее «осудить», французов и жизнь во Франции. Этот этап тоже опасен. Если не продолжать прибегать к тому самому критическому мышлению, можно очень быстро превратиться в постоянно брюзжащего человека, которому ничто не мило.

Оттолкнувшись от трепета и впав в неприятие, я вдруг поняла, что на самом деле можно абсолютно спокойно существовать в нейтральном положении. Что это возможно. Что это выбор на самом деле. Воспринимать мир без трепета, отторжения и личных к нему претензий. Просто принимать. Но сначала, главное — принять себя. Без уничижения, критики или излишней похвалы. Просто принять. Тогда мир вокруг принять будет легче. И претензий станет меньше. Быть собой, позволяя при этом другим тоже быть самими собой.

Быть собой не только в смысле индивидуальности. Но также в смысле другой культуры, другого образа мыслей, другого мира, в котором ты выросла. Не прятать все это за изменившимся внешним видом, другим акцентом или иностранным языком. Адаптироваться, не отказываясь при этом от себя, своего культурного багажа. Жить ровно, не шатаясь, не теряя чувства собственного достоинства. Потому что в этом трепете или брюзжании достоинства на самом деле нет. Есть только одно неприятие себя.

Мне кажется, я к этому пониманию лет десять шла. И когда в книге прочла как раз об этом, очень обрадовалась. У меня бывает иногда такое. Наступает понимание некоторые вещей — и вдруг чудным образом вокруг появляются книги и статьи, в которых говорится как раз о том, о чем ты так давно думаешь.

В книге таких моментов множество. Например, в одной части обсуждается любовь американцев к старью и древности. Потертые вещи, старая мебель, полуразрушившиеся дома. Ифемелу говорит со своим другом о том, что в Нигерии люди старье не любят. Что в развивающихся странах от старого бегут, хотят нового, эффективного, прогресса, современного и будущего, хорошо работающего, прочно стоящего. Смотрят вперед, а не назад.

Во Франции, например, очень любят старье. Многие мои знакомые покупают ношеные вещи, старую мебель, гоняются за люксом из вторых рук и с ума сходят от моего паркета. Столетнего паркета, который я мечтаю однажды сменять на новый. Когда обсуждаю его с друзьями, они все как один говорят: «Как можно?! Это же старинный паркет!» Старинный паркет, скрипящий и награждающий девиц время от времени занозами. Мы никогда друг друга не поймем.

Жизнь за границей — это как сбор урожая. Отбираешь только лучшее, съедобное, полезное, подходящее тебе. Испортившееся, гнилое и невкусное — выбрасываешь. Если тянуть в рот все, можно очень быстро отравиться. А если нос воротить от всего — тоже долго не протянешь. Нужна золотая середина. Там, где ты и другие спокойно сосуществуют.

А паркет я все-таки однажды сменю.

7 комментариев

  • Ирина

    Откуда в вас, такой юной, столько мудрости меня удивляло, когда вы начали вести свой первый блог и до сих пор удивляюсь, как вы находите ответы. Да еще и «по полочкам разложите» и объясните и все просто и понятно.

  • Ирина

    И вам удается переработать любые штампы,стандартную информацию, найти что-то новое и «отделить зерна от плевел» и выдать результат после которого понимаешь, что вы все-таки еще и профессионал.

  • Inmi

    Когда будете менять паркет, свистните, заберу ваш старый 🙂 Всегда любила «старье», выросла в старом городе. Переносить не могу здания после 1930, мебель еще туда-сюда до 1950. Потом все, гран мерси, мне не нать. Или сделаю сама. С одеждой та же петрушка. Нет, я не гоняюсь за старой одеждой, но мне никогда не нравилась одежда по «нашей» моде. Неудобно, тут тянет, тут жмет, каблуки — это и вовсе изощренная пытка. Правда, я индивидуалист, и мне всегда было совершенно все равно, что там думают, любят, ценят большинство людей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *