• Живем

    От гадского до прекрасного

    Вот бывают такие по-гадски начинающиеся дни. Как сегодня. Когда хочется на увольнение подавать, все бросить и уйти. И главное: с таким драматическим апломбом. Дверью там хлопнуть, уронить нечаянно кофемашину на кого-нибудь, послать всех подальше, за столовку, и даже еще дальше.

    Не ходить ни на одну встречу. А если заставят и все-таки на одну заманят, сказать всем, что они ничего не понимают, что зря время тратят. Да ладно время! Всю свою драгоценную жизнь. По секундам, минутам и часам… На бессмысленный треп. 

    А потом вдруг что-то случается. И тебе снова хорошо. Ты всех простила. Ни на кого кофемашину не уронила. И даже сама двух человек на встречу заманила.

  • Суровые Будни,  Хроника Парижской Жизни

    Как во Франции обстоят дела с коронавирусом

    Несколько дней назад позвонил брат Камильчика из Японии и посоветовал нам начинать запасаться туалетной бумагой. А еще водой и рисом. Почему-то туалетную бумагу в Японии смели в первую очередь. У них там, кажется, даже воды не было целых два дня. Детский сад, куда ходит его ребенок, закрыли на месяц. Паника в городе. Народ все подряд скупает. Маски исчезли…

    -Нам тоже нужно готовиться, — сказал мне Камильчик.

    Я сначала подумала, что он шутит, но нет. Он на самом деле рванул в тот же день за провизией. Туалетной бумаги купил, консервов, воды, мыла и пасты. Чего-то еще из еды. Чипсов. И чего-то сладкого. И даже, кажется, колы. 

    Этого запаса нам должно хватить на месяц. Если что.

    Отнес все в подвал…

    Не думала, что мы до этого “докатимся”.

  • Живем

    Останови себя сам

    Мои ускакали в магазин за продуктами для следующей недели. Я вышла из душа и подумала: “Вот я “ща” оденусь, приведу себя в порядок — и пойду помою холодильник. А потом разберу игрушки девиц и выброшу половину. Потом бумаги разберу. Потом еще одежду рассортирую, чтобы отдать то, что мы уже не носим…”

    А внутренний голос очень тихо, но довольно навязчиво, начал мне на это повторять: “Может, ты сначала кофе себе сваришь… и пять минут подышишь спокойно, послушаешь тишину, а потом уже решишь, куда бежать: к холодильнику с продуктами или к шкафу с одеждой..”

    Я послушалась его. Села и начала думать. И вот что мне в голову пришло.

  • Офисные будни

    Побег из офиса

    Вчера в районе, где располагается наш офис, отключили свет. Я как раз в это время была внизу на улице в нашем дворе, пила чай с офисной подругой. И тут вдруг народ повалил. Шумно стало, весело, как будто вечеринка.

    Когда мы зашли в здание, то увидели кучу людей вокруг. Слева от толпы открывалась периодически дверь и из темноты в фойе просовывались руки, ноги, головы. Они мелькали, суетились, прятали сумки под мышкой и убегали из офиса. Не глядя ни на кого.

    Три лифта справа не работали. Двери их были приоткрыты. Темными ртами они зазывали нас войти. Но мы устояли.

    Нам с подругой удалось вырвать из этого потока одного замешкавшегося и спросить у него, что происходит. 

  • Живем

    Как правильно отдыхать

    Приведя свой уровень железа в норму, из-за которого меня неожиданно накрыло несколько недель назад, я наконец-то вернулась к тому, что очень люблю: спорту, йоге, длинным прогулкам, работе там и сям, бумажным делам (да-да, их в последнее время я тоже очень полюбила!), занятиям финансами, планам.

    Я вдруг поняла, как хорошо, что есть возможность и силы строить планы. Ну, вот понимать, что ты можешь их строить. Потому что завтра, вроде, должно наступить. Потому что есть энергия. Чувствую ее прямо с самого утра, вот как только открываю глаза. Сначала страшно — вдруг, она снова пропала? А потом понимаешь — нет, все на месте. 

    В последнее время я очень много думаю об энергии. Не в метафизическом смысле, а в смысле о силах, которые у тебя сегодня есть, а завтра вдруг «бум» — и куда-то исчезли.

    Я начала отслеживать моменты, когда энергия теряется, когда я ее впустую трачу. Когда кто-то у меня ее “вытягивает”, морально напрягает настолько, что потом начинает болеть шея и затылок.

    Начала отслеживать моменты, когда энергии много. И пытаться понять, почему ее много. Откуда она. Что на это влияет. 

  • Живем,  Ну, что вы всё едите

    Рецепт домашнего мороженого, или как хорошо снова «проснуться»

    Как хорошо снова проснуться. Как хорошо, когда ничего не болит, в голове не шумит, мышцы не стонут. Как хорошо, когда возвращаешь себе потерянную внезапно энергию. Как хорошо снова быть, ощущать, чувствовать себя собой. Скакать и прыгать. Делать сто дел в день. Носиться и не уставать. А даже если уставать — то быстро восстанавливаться.

    Как хорошо снова смеяться, и снова без повода. Радоваться, не всегда особенным событиям, а просто так — потому что солнце светит. И даже если не светит. Радоваться тучам, дождю или сильному, как сегодня, ветру. Жизни в общем. Вот жить обычной, простой жизнью — и радоваться внутри от того, что просто живешь.

    Короче — мне стало лучше. Я снова чувствую себя собой. Энергия моя ко мне вернулась. Пасмурные дни больше не наводят тоску, а холодильник опять забит едой на неделю вперед.

  • Хроника Парижской Жизни

    «Никаких несанкционированный вылазок из дома»

    Врач посмотрел на меня и сказал: “Не узнаю я вас… Ни блеска в глазах, ни шуток.”

    Мы знакомы с ним лет семь. Он наш семейный врач. Мы к нему ходили еще до того, как девицы замаячили на горизонте нашей жизни. Знает нас хорошо. Я сначала боялась, что из-за моих странных симптомов ему на ум придет “симуляция”, но ошиблась. Он смотрел на меня пристально, что-то разглядывал. Шуток, видимо, ожидал, но шуток не было.

    Вернее одна замаячила где-то очень глубоко в подсознании. Цветная такая. Переливающаяся. Я почти ее поймала. Но она встрепенулась, ухмыльнулась, дернула хвостом — и уплыла далеко-глубоко, и даже блеска больше не было видно.

    Я решила прекратить попытки шутить. Мне и думать в тот момент было сложно.

  • Ну, что вы всё едите

    Кулинарные разочарования

    Когда все наконец-то успокоились, Камильчик снова слег с температурой 37 и 5, Викуськин натянула купальник, схватила, поролоновый меч и забралась с книжкой и лампой под стол, а Александра заснула в две секунды, свесив ногу со второго яруса кровати… так вот когда все домашние завершили свои вечерние ритуалы, я наконец-то рухнула на красный диван и задумалась.

    В голове всплыла хурма, которую мы в тот день ели. Почему хурма? Не знаю. Может, все дело в том, что я сто лет ее уже не покупала и не ела. Она каждую зиму у нас красиво лежит на прилавке и как будто согревает всех вокруг своим цветом. Но несмотря на этот положительный эффект я почти всегда сворачиваю к израильским мандаринам.

    На прошлой неделе купила одну. Мне нужно было для салата. По рецепту из книги, по которой я готовлю в этом месяце, в пятницу был салат из хурмы. Интересное сочетание.

    Салат оказался вкусным, но, к сожалению, в меню той недели было несколько разочарований — блюд, которые я, наверное, больше никогда готовить не буду. Расскажу сегодня о двух. 

  • Хроника Парижской Жизни

    Когда шумит в голове…

    Проснувшись сегодня утром, я сразу поняла, что странная болезнь, накрывшая нас с Камильчиком несколько дней назад, не прошла. Все болит. Спина, руки, ноги, плечи. В голове шумит, как от высокой температуры. Но никакой температуры нет и не было. 

    Зато есть слабость. Странная, неестественная для меня слабость и отсутствие энергии. У меня не бывает такого. Я всегда ношусь как заведенная — с шести утра и до самого вечера. А тут даже на спорт сил не было пойти.

    Заварила чаю, приготовила завтрак, молока девицам налила — и рухнула на диван. Камильчик мне сказал, чтобы я на работу сегодня не шла. Но я уже и так в голове для себя все решила. Сил встать с дивана у меня не было.

  • Живем

    Жадность к мелким деталям

    Сегодня какой-то суматошный день. Дел много, бегала без остановки туда и обратно, заболела немного, таблетку выпила — снова побежала.

    Хотела сесть и несколько обрывков дня, мыслей записать. Но постоянно отвлекали.

    В этих лоскутках мыслей нет никакой связи. Но выбросить жалко. Вот лежат они передо мной такие разные и разноцветные — и рука не поднимается от них избавиться.

    Я как-то смотрела передачу «Школа злословия» с Линор Горалик. Она рассказывала, что пишет мелкие записочки. Не тексты, не жанр, не литература, просто что-то подслушанное, сказанное, какие-то мысли. Но не выбрасывает. Эти обрывки мыслей никуда не вставить: ни в роман, ни в статью, ни в книгу. Как самостоятельный текст они существовать не могут. А выбросить жалко. Потому что это часть чьей-то жизни или твоей собственной. Это про живое, «про каких-то живых людей».